Форум Кургана и Курганской области и наших друзей

Зима. Форум Кургана и Курганской области и наших друзей
14 Октябрь 2019, 05:36:08 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

Войти
Новости:
 
   Начало   Помощь Войти Регистрация  
Страниц: [1] 2   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Проблемы начала ВОВ  (Прочитано 2074 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« : 11 Октябрь 2009, 22:19:35 »

Пропаганда предвоенного времени была направлена исключительно на будущую наступательную войну

Директива начальника Главпура о состоянии военно-политической пропаганды
   

Из директивы начальника Главпура А. С. Щербакова о состоянии военно-политической пропаганды. Б/н. [начало июня 1941 г.].

...СССР живет в капиталистическом окружении. Столкновение между миром социализма и миром капитализма неизбежно. Исходя из неизбежности этого столкновения — наше, первое в мире социалистическое государство, обязано изо дня в день, упорно и настойчиво готовиться к решающим боям с капиталистическим окружением с тем, чтобы из этих боев выйти победителем и тем самым обеспечить окончательную победу социализма.

Внешняя политика Советского Союза ничего общего не имеет с пацифизмом, со стремлением к достижению мира во что бы то ни стало.

Еще в 1915 году Ленин предвидел возможность наступательной политики после утверждения социализма в одной стране. Он писал: «... возможна победа социализма первоначально в немногих, или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств» (T. XVIII, стр. 233).

Мирное строительство, передышку от военных столкновений, Ленин расценивал, как средство накопления сил для последнего боя. Еще в 1920 году он писал: «... но как только мы будем сильны настолько, чтобы сразить капитализм, мы немедленно схватим его за шиворот» (т. XXV, стр. 500).

Далее мы имеем следующее указание Ленина:

«Говорить нам, что мы должны вести войну только оборонительную, когда над нами до сих пор занесен нож ... Говорить это нам — значит повторять старые, давно потерявшие смысл фразы мелкобуржуазного пацифизма. Если бы мы перед такими постоянно активно-враждебными нам силами должны были дать зарок, что мы никогда не приступим к известным действиям, которые в военно-стратегическом отношении могут оказаться наступательными, то мы были бы не только глупцами, но и преступниками». (T. XXVI, стр. 49-50).

Итак, ленинизм учит, что страна социализма, используя благоприятно сложившуюся международную обстановку, должна и обязана будет взять на себя инициативу наступательных военных действий против капиталистического окружения с целью расширения фронта социализма.

До поры до времени СССР не мог приступить к таким действиям ввиду военной слабости. Но теперь эта военная слабость отошла в прошлое. Опираясь на свое военное могущество, используя благоприятную обстановку, СССР освободил Западную Украину и Западную Белоруссию, вернул Бессарабию, помог трудящимся Литвы, Латвии и Эстонии организовать советскую власть. Таким образом, капитализму пришлось потесниться, а фронт социализма расширился.

Международная обстановка крайне обострилась, военная опасность для нашей страны приблизилась, как никогда. В этих условиях ленинский лозунг «на чужой земле защищать свою землю» может в любой момент обратиться в практические действия.

Таковы коренные изменения, которые произошли в международной обстановке и в жизни Советского Союза.

Эти новые условия, в которых живет страна, требуют от партийных организаций коренного поворота в партийно-политической работе по большевистскому воспитанию личного состава Красной Армии и всего советского народа в духе пламенного патриотизма, революционной решимости и постоянной готовности перейти в сокрушительное наступление на врага.

Однако эти изменения в международной обстановке и в жизни Советского Союза не только не нашли достаточного отражения в агитационно-пропагандистской работе многих партийных организаций, но в ряде случаев освещались совершенно неправильно.

Некоторые пропагандисты перестали критиковать враждебную марксизму фашистскую идеологию, приняли на веру лживую «теорию» фашистских экономистов о плановом ведении хозяйства в Германии и Италии, перестали разоблачать реакционную политику германского империализма, направленную на покорение и закабаление других народов. Некоторые пропагандисты в той или иной мере повторяли тезис немецкой пропаганды о непобедимости германской армии.

Перед лицом военной опасности партийные организации обязаны были удесятерить усилия по воспитанию в народе патриотизма, беспредельной любви к социалистической родине, в духе бесстрашия и готовности пойти на любые жертвы.

Однако — вместо укрепления мобилизационной готовности, воспитания мужества, бесстрашия и героизма в массах трудящихся, воспитания ненависти к врагам родины и беззаветной любви к социалистическому отечеству, — в агитационных выступлениях и в печати нередко под видом пролетарского интернационализма протаскиваются гнилые идейки мелкобуржуазного пацифизма, слезливый гуманизм и сентиментальные настроения, способные только расслаблять мобилизационную готовность советского народа. А еще Ленин говорил, что «сентиментальность есть не меньшее преступление, чем на войне шкурничество» (T. XXVII, стр. 45).

Во многих случаях отодвинули на задний план, или вовсе забыли боевую, текущую пропаганду и агитацию, дающую ответы на самые острые запросы трудящихся и подменили ее или пропагандой книжной, схоластической, оторванной от очередных хозяйственно-политических и военных задач, или простой информацией о тех или иных происходящих в стране событиях.

Эти и им подобные недостатки в партийно-политической работе отражают непонимание многими партийными работниками всей ответственности переживаемого момента, а также отражают зазнайство и самоуспокоенность, имеющие место в нашей партийной среде, что, как известно, никогда ни к чему хорошему не приводило.

Нет никакого сомнения в том, что подобные недостатки в партийно-политической работе партийных организаций по воспитанию масс, зазнайство и самоуспокоенность достигнутым, желание жить поспокойнее, не думая о будущем, не подготовляя повседневным упорным трудом нашу окончательную победу, — наносят серьезный ущерб жизненным интересам нашего государства.

В современной международной обстановке, чреватой всякими неожиданностями, переход от мирной обстановки к военной — это только один шаг. «Война может вспыхнуть неожиданно. Ныне войны не объявляются. Они просто начинаются» (Сталин).

Каждый большевик должен твердо усвоить, что беспечность в современных международных условиях есть преступление перед страной и народом...

Обкомы, крайкомы, ЦК компартий союзных республик при освещении вопросов войны и военной опасности обязаны изгнать и не допускать как в устной пропаганде и агитации, так и в печати гнилые, пацифистские идейки, слезливый гуманизм, расслабляющие мобилизационную готовность советского народа.

Трудящиеся должны знать, что если придется воевать, то война потребует жертв. Агитаторы, пропагандисты, печать обязаны прививать народу ту мысль, что мы должны быть не менее, а более энергичны, напористы и подготовлены, чем наши противники, и уметь на удар отвечать двойным и тройным ударом...

Всей своей пропагандистской и агитационной работой партийные организации обязаны воспитывать боевой наступательный дух Красной Армии и всего советского народа, подчинив все средства пропаганды и агитации газеты и журналы, брошюры и книги, лекции и доклады, собрания трудящихся и беседы — этой важнейшей задаче.

«1941 год. Документы». Советские архивы.

полностью тут:
http://soviet-history.com/doc/1941/1941_06_glavpur.php
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #1 : 11 Октябрь 2009, 22:21:53 »

Военная пропаганда среди населения — записка в ЦК
   

Из докладной записки ГЛАВПУРА РККА в ЦК ВКП(б) А. А. Жданову «О состоянии военной пропаганды среди населения». [январь 1941 г.]. Совершенно секретно.

Представляю некоторые соображения о военной пропаганде среди населения.

Международная обстановка чрезвычайно накалена. Война, которая может быть навязана капиталистическим миром Советскому Союзу, потребует огромного напряжения материальных средств страны и высокой моральной выдержки советского народа.

Однако во всей пропаганде, ведущейся в стране, преобладает мирный тон, она не проникнута военным духом, слабо напоминает советскому народу о капиталистическом окружении, о неизбежности войны, о необходимости всемерно укреплять оборону своей Родины, быть в любую минуту готовым к борьбе.

Боевые действия в Монголии и особенно в Финляндии показали, что среди некоторой части красноармейцев и начальствующего состава, особенно среди призванных из запаса, сильно развиты пацифистские настроения. Люди, не понимая основ советской внешней политики, хотят мира во что бы то ни стало.

Эти отдельные пацифистские настроения — результат крупных недостатков в нашей пропагандистской работе среди населения.

При разъяснении внешней политики Советского правительства многие пропагандисты и органы печати исходят из упрощенного тезиса о том, что мы сильны, капиталисты побоятся на нас напасть, сами же мы нападать ни на кого не собираемся. Замалчивается ленинско-сталинский тезис о неизбежности войн между Советским Союзом и капиталистическими странами, о том, что такие войны и более жестокие, чем все предыдущие, неизбежны. Очевидно, наши пропагандисты исходят из ложной боязни запугать народ ужасами войны, а на деле морально его не вооружают на предстоящие битвы.

Часто, говоря о борьбе Советского правительства за мир, наши пропагандисты не умеют провести четкую грань между точкой зрения марксизма и точкой зрения пацифизма о мире, забывают, что наша партия и Советское правительство борются не за мир ради мира, а связывают лозунг мира с интересами социализма, с задачей обеспечения государственных интересов СССР.

Освободительные походы Красной Армии в Западную Украину и Западную Белоруссию в 1939 году и в Бессарабию и Прибалтику в 1940 году породили ряд неправильных толкований об интернациональных задачах Красной Армии, о силе наших вероятных противников. Глубоко укоренился вредный предрассудок, что будто бы в случае войны население воюющих с нами стран обязательно и чуть ли не поголовно восстанет против своей буржуазии, а на долю Красной Армии останется пройтись по стране противника триумфальным маршем и установить Советскую власть.

Пропагандисты, в том числе и военные, ударившиеся в эту крайность, не понимают положения в капиталистических странах, забывают указание тов. Сталина о недопустимости недооценки силы влияния буржуазии и ее агентов в рабочем классе среди трудящихся. Они не понимают, что в условиях капитализма идея социалистического интернационализма близка и понятна лишь передовым слоям пролетариата, а широкие массы еще подвержены влиянию буржуазного национализма и могут быть подняты на войну против Советского Союза. Поэтому Красная Армия не всегда будет иметь дружественную встречу.

В пропаганде иногда забывается, что Красная Армия в любой войне выполняет свои интернациональные обязанности, но далеко не всегда выполнение этих обязанностей является главной задачей. В любой войне, которую поведет Советский Союз, основной задачей Красной Армии будет являться защита Советского Союза — отечества мирового пролетариата. Где и при каких бы условиях Красная Армия ни вела войну, она будет исходить из интересов своей Родины, из задач укрепления силы и могущества Советского Союза. И только в меру решения этой основной задачи Красная Армия выполнит свои интернациональные обязанности.

В пропагандистской работе эти положения должного разъяснения не получают.

Население Советского Союза, как правило, не знает сил наших вероятных противников. Изучение сопредельных стран поставлено из рук вон плохо. Этим делом занимается большое количество научных учреждений: Академия наук, Международный аграрный институт, Институт востоковедения, Институт мирового хозяйства и мировой политики и др. Единого плана работы все эти учреждения не имеют. Они собирают материалы, но слабо их популяризуют. В массовой печати мало статей, которые бы знакомили с географическим, экономическим и политическим положением в сопредельных странах, с развитием техники и вооружения. Редко встречаются эти материалы и в научных журналах.

Совершенно слабо поставлено в стране изучение иностранных языков. Основные языки — английский, французский и немецкий — являются обязательными в средней школе и высших учебных заведениях. Но, как правило, окончившие школы и учебные заведения языки знают плохо и дальше их не совершенствуют. Почти совсем не изучаются языки так называемых малых стран. Во время войны с Финляндией потребовались переводчики шведского языка. Оказалось, что в стране только несколько человек знают этот язык. Изучение его ни одной организацией не поставлено. Советский Союз окружает около десятка малых государств, языки которых не изучаются. Это не вяжется с потребностями обороны.

В пропаганде нет трезвой оценки сил Красной Армии, что создает вредные настроения «ура-патриотизма» и «шапкозакидательства». Часто в докладах и статьях без всякого чувства меры сыплются приторные эпитеты: «великая и непобедимая», «всесокрушающая сила», «самая сознательная», «самая дисциплинированная», «армия героев» и т. д.

Конечно, наша армия и народ должны воспитываться в полной уверенности в своих силах и могуществе, в духе высокого советского патриотизма. Исторические победы Красной Армии, факты героизма и мужества должны находить широкое освещение в печати и в устной пропаганде, на них нужно воспитывать трудящихся, мобилизовывать на дальнейшие успехи. Но при этом нельзя сбиваться на «ура-патриотизм», «шапкозакидательство», которые порождают лишь зазнайство и самоуспокоенность, недооценку трудностей войны, понижают бдительность в отношении противника.

Воспитание воинского духа у молодежи не поставлено в стране на соответствующую высоту.

Военное обучение и физподготовка в средней школе организованы слабо. Нет помещений для занятий, нет руководителей...

Наши городские школьники не видят поля, не знают природы. Слабо развиты экскурсии, туризм, охота. Придя в армию, молодежь часто боится поодиночно выйти в лес или в поле.

Жизнь в пионерских лагерях построена больше на развлечениях клубного типа. Спорт, лесные походы, ночные тревоги, все то, что вносит суровость в воспитание, развивает смелость и находчивость, не в почете. Последние годы в стране даже не слышно боя пионерских барабанов.

Комсомольские организации только в последнее время приступили к организации ряда военно-физкультурных мероприятий среди молодежи и намечают планы по военной пропаганде. Но все это делается также часто по шаблону, в погоне за крупными массовыми мероприятиями. Военно-спортивная работа еще далеко не является составной частью повседневной работы комсомольских организаций.

Военная подготовка взрослого населения также находится не на должной высоте. Запущена работа с рядовым и начальствующим составом запаса. Нет с ними занятий, нет для них специальной литературы, не создан культ запасника, он не чувствует повседневной связи с армией.

полностью тут:
http://soviet-history.com/doc/1941/1941_01_propaganda.php

как видим, пропагандистская и идеологическая работа среди населения была направлена исключительно на будущую наступательную войну СССР против Германии
Записан
fpv
Коллежский секретарь
****

Карма: 36
Offline Offline

Сообщений: 341


Награды
« Ответ #2 : 12 Октябрь 2009, 09:42:52 »

Чисто теоретически, как Вы себе представляете оборонительную войну?
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #3 : 12 Октябрь 2009, 09:50:12 »

упреждающий удар по Германии и был лучшей стратегией обороны, к сожалению, только ему не суждено было случиться
Записан
iddqd
Действительный статский советник
********

Карма: 213
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 4649


90027_veteran.gif

Паровозик - кун, тайный жрец PPP-OE от УСИ


Награды
« Ответ #4 : 12 Октябрь 2009, 10:40:40 »

вообщето россия тысячелетиями ведет исключительно оборонительные войны. Причнем побеждет
благодря отсуствию какой либо логики, быстротой и смекалкой, и конечно русским "Ей дубинушка ухнем".
Записан

Свобода дороже зарплаты.
fpv
Коллежский секретарь
****

Карма: 36
Offline Offline

Сообщений: 341


Награды
« Ответ #5 : 12 Октябрь 2009, 11:43:42 »

упреждающий удар по Германии и был лучшей стратегией обороны, к сожалению, только ему не суждено было случиться
То есть Вы согласны, что никакой агрессивности на было?
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #6 : 12 Октябрь 2009, 11:50:11 »

То есть Вы согласны, что никакой агрессивности на было?
смотря что под агрессией понимается
если готовящееся наступление СССР на Германию вследствие подготовки последней к войне, то нет
если же заранее спланированное нападение (еще со времени пакта 1939 года), то да
лично я поддерживаю первую версию, хотя полагаю, что ничего плохого в вероятных агрессивных планах советского руководства не было
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #7 : 16 Октябрь 2009, 20:26:50 »

1941. В 2 кн. Кн.2. М., 1998.
(с.358)

Думается, что документ свидетельствует о том, что мы активно готовились к агрессии против Германии


* War.jpg (99.36 Кб, 655x619 - просмотрено 20 раз.)
Записан
fpv
Коллежский секретарь
****

Карма: 36
Offline Offline

Сообщений: 341


Награды
« Ответ #8 : 16 Октябрь 2009, 23:32:09 »

В документе говорится о переходе границы?
Насколько ближе к границе переводятся "глубинные" части?
Приграничным дивизиям сказано "к границе без разрешения не ходить, ай-ай-ай".
Это не агрессия...
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #9 : 17 Октябрь 2009, 10:02:49 »

конечно не агрессия, а подготовка к ней
иначе зачем с 13 июня выводить некоторые дивизии скрытно в полосу прикрытия? грибы собирать?
Записан
fpv
Коллежский секретарь
****

Карма: 36
Offline Offline

Сообщений: 341


Награды
« Ответ #10 : 18 Октябрь 2009, 03:31:30 »

Может быть, прикрывать?
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #11 : 18 Октябрь 2009, 09:49:30 »

Может быть, прикрывать?
Улыбка прикрывать готовящееся наступление
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #12 : 18 Октябрь 2009, 15:48:44 »

Отечественная история, 1994, № 3.

   М.И. Мельтюхов.
   Споры вокруг 1941 года: опыт критического осмысления одной дискуссии.

   Мельтюхов Михаил Иванович, научный сотрудник ВНИИДАД.

   Издание в России огромным тиражом книги В. Суворова "Ледокол" не могло не привлечь внимания широкой общественности. И хотя в книге изложена не самая новая версия событий 1941 г., нельзя не отметить, что, пожалуй, впервые в нашей стране столь резко был поставлен вопрос о переоценке событии кануна Великой Отечественной войны. В первых же откликах представителей научных кругов прежде всего подчеркивались слабые места работы, которые, правда, не имеют принципиального значения для авторской концепции. Вместе с тем нельзя не заметить, что в откликах на эту книгу в основном рассматриваются лишь ее отдельные положения, а прочие оставлены без всякого упоминания. По нашему мнению, чтобы объективно оценить книгу В. Суворова, следует взвесить, насколько такая критика, из которой, кстати, делается вывод о несостоятельности всей книги, достигает цели.
   Прежде всего вызвали возражения общие положения книги о том, что Красная Армия готовилась к наступлению, а СССР - к агрессии против Европы, прикрываясь словами о мире и обороне. Так, относительно подготовки Красной Армии А. С. Орлов считает, что никакого противоречия с заявлениями, рассчитанными на широкие круги общественности, в данном случае нет. "Советская военная доктрина, - отмечает А. С. Орлов, - оборонительная по своему политическому характеру, то есть не содержит агрессивных устремлений, но в случае нападения на СССР извне Красная Армия будет вести наступательную войну до полного разгрома агрессора. Исходя из этого, все военное строительство, боевая и оперативная подготовка армии и флота были пронизаны идеей решительного наступления" [1]. Однако непонятно, почему тезис В. Суворова вызывает возражения, если А. С. Орлов утверждает то же самое.
   Нельзя не отметить, что "политический характер" военной доктрины - вещь достаточно туманная. В любой стране армия является инструментом обеспечения в основном внешнеполитических интересов и используется в зависимости от конкретной ситуации. Как известно, расширение территории Советского Союза в 1939-1940 гг. происходило с участием армии, что позволяет говорить об этих событиях как об агрессии, т. е. прямом или косвенном "применении вооруженной силы одним государством против территориальной целостности или политической независимости другого, включая признак инициативы, умысла или агрессивного намерения" [2]. Никаким другим способом невозможно было достичь основной внешнеполитической цели СССР, которая, по мнению Д. А. Волкогонова, заключалась в совершении "мировой пролетарской революции" [3], или, говоря нормальным языком, достижении мирового господства.
   Вызвал критику и тезис автора "Ледокола" о подготовке Советского Союза к нападению на Германию в 1941 г. А. С. Орлов упрекает В. Суворова в том,, что тот "выдает меры по укреплению обороны и повышению боевой готовности за подготовку к агрессии" [4]. Ему вторит А. Н. Мерцалов, считающий, что передвижение советских войск накануне нападения вермахта происходило тогда, "когда Сталин уже просто не в состоянии был не реагировать на реальную опасность вторжения" [5]. Правда, сам Орлов пишет, что "Сталин до последнего момента не верил, что Гитлер решится сражаться на два фронта" в условиях, когда ситуация весны - лета 1941 г. давала Германии возможность захватить Ближний Восток, т. е. победить Англию. По мнению Орлова, "Сталин рассчитывал оттянуть нападение Германии, ставшее неизбежным в 1941 г., до 1942 г. Он полагал, что к тому времени СССР будет полностью готов к войне". Вот почему весной 1941 г. Москва всеми силами "умиротворяла" Гитлера, чтобы не дать ему предлог для обвинения Советского Союза в антигерманской политике. Поэтому, считает Орлов, даже в июне Сталин не разрешил приводить войска в боевую готовность [6].
   Несколько иной вариант той же версии предлагает В. Б. Маковский, Сталин якобы неверно определил сроки начала агрессии, в результате чего меры по повышению боеготовности войск планировалось провести до 10 июля 1941 г., а некоторые еще позднее. Но, "почувствовав, что Германия нас упредила и в сложившейся ситуации остается только один шанс оттянуть войну - это не дать агрессору повода для ее развязывания, он выбирает его" [7]. Мало того, что Сталин готовится к отражению агрессии, в начало которой он не верит, и потому не мог определить ее сроки ни правильно, ни неправильно, он, "почувствовав" (!?), что агрессор уже изготовился для удара, стал оттягивать начало войны. По нашему мнению, подобное построение слишком фантастично. Противоречивость этой версии подметил и В. Суворов, но вместо разъяснения этого противоречия его критиками вновь воспроизводится старая, ничего не объясняющая версия.
   Совершенно непонятно, как мог Сталин "оттянуть нападение Германии, ставшее неизбежным в 1941 г.". За Германию решал ее глава - А. Гитлер, поэтому такое утверждение по меньшей мере некорректно. Кроме того, в Москве прекрасно знали, что в середине XX в. войны не объявляются, а начинаются внезапным ударом, и агрессору не нужны никакие поводы, которые изобретаются только для пропагандистского оправдания своих действий. Кстати, действия СССР в 1939-1940 гг. в Восточной Европе тому пример. Поэтому, на наш взгляд, трудно согласиться с утверждениями В. Б. Маковского и А. С. Орлова, повторяющих один из основных тезисов отечественной историографии о том, что "первопричиной несвоевременного приведения войск прикрытия в боевую готовность было все же стремление Сталина не дать агрессору повода для нападения на Советский Союз" [8].
   Не ясно также, зачем Сталину вообще требовалось оттягивать войну с Германией, в неизбежности которой, по мнению Д. А. Волкогонова, он был уверен [9]. Наверное, Сталин хотел дождаться поражения в войне Англии и сразиться с Германией один на один, т. е. поставить СССР в заведомо сложные условия борьбы с основными силами вермахта? Вряд ли кто-то всерьез станет отстаивать это предположение. Почему же сторонники этой версии столь легко соглашаются видеть в Сталине политического простачка? Уж кем-кем, а простачком Сталин никогда не был. Он не мог не понимать, что гораздо легче разгромить Германию, воюя с ее второстепенными силами, а для этого следовало использовать занятость основных сил вермахта на других театрах военных действий.
   Если представить обстановку в Европе в июне 1941 г., то можно заметить, что у Германии было три наиболее вероятных направления для наступательных действий: Британские острова, Ближний Восток и Советский Союз. В Москве, как признает А. С. Орлов, исходили из того, что на СССР в 1941 г. Германия не нападет, а постарается навести поражение Англии. Следовательно, остаются лишь два стратегических направления, любое из которых могло стать летом 1941 г. основным и приковать к себе основные силы вермахта. Когда же вермахт втянется в бои, откроется блестящая возможность нанести удар по его второстепенным силам и перенести войну на территорию врага. Если бы Германия нанесла основной удар по Ближнему Востоку, то любое наступление Красной Армян отрезало бы эти силы от Германии. Если же началась бы высадка немецких войск на Британские острова, то использовать их для отражения советского наступления было бы практически невозможно. Таким образом, сама стратегическая обстановка лета 1941 г. диктовала Сталину начать наступательные действия против Германии в подходящий момент, что позволило бы достичь основной цели советского руководства - совершить "пролетарскую революцию" в Европе. Об этом же пишет и В. Суворов [10], но почему-то именно эти его положения не нашли критиков. Может быть, потому, что они верны? Но тогда господствующая в отечественной историографии версия о стремлении Сталина оттянуть войну до 1942 г. не соответствует действительности. Тем не менее, эта версия упорно кочует из работы в работу не только у отечественных, но и многих зарубежных исследователей, несмотря на ее нелогичность и противоречивость.
   Наиболее критическую позицию в отношении утверждений В. Суворова о подготовке наступления на Германию занимает А. Н. Мерцалов, считающий, что некоторые факты истории 1939-1941 гг. не укладываются в схему автора "Ледокола". "Почему, спрашивается, - пишет А. Н. Мерцалов, - Сталин отказался при заключении пакта от Варшавского и Люблинского воеводства, если он действительно стремился максимально приблизить свою армию к Берлину? Почему не нанес удар в "румынское нефтяное сердце" Германии заодно с возвращением Бессарабии - ведь германские силы в тот момент были заняты на Западе?" [11] Эти действительно серьезные вопросы требуют ответов.
   Как известно, при заключении советско-германского договора о дружбе и границе от 28 сентября 1939 г. между Москвой и Берлином была достигнута договоренность об обмене указанных А. Н. Мерцаловым польских территорий на Литву. По мнению С. В. Волкова и Ю. В. Емельянова - авторов, далеких от симпатий к концепции В. Суворова, "это устраняло возможную угрозу для нападения на Белоруссию с севера" [12], т. е. обеспечивало северный фланг будущего Западного фронта, что играло значительную роль и при наступлении, и при обороне. Так что никакого противоречия здесь нет.
   Для ответа на второй вопрос следует вспомнить ситуацию в Европе в конце июня 1940 г. Как известно, 22 июня Франция и Германия подписали соглашение о перемирии, т. е. вермахт, вопреки мнению А. Н. Мерцалова, уже не был занят на Западе. Вполне вероятно, что именно прекращение боевых действий во Франции привело к отказу советского руководства от военного способа решения Бессарабского вопроса, что было первоначально запланировано [13], хотя, скорее всего, столкновение с Германией в 1940 г. и не входило в планы Сталина. Война в Европе только началась, и вмешиваться в нее стоило лишь в подходящий момент после основательной подготовки. Пока же следовало улучшить стратегическое положение СССР в Восточной Европе, лавируя между участниками войны, и готовить плацдарм для будущего столкновения с Германией [14].
   Передаче Бессарабии и Северной Буковины Советскому Союзу предшествовали советско-германские консультации 23-26 июня, на которых Германия в целом поддержала советские претензии, обратив внимание СССР на важность для Германии румынских районов нефтедобычи [15]. Не следует забывать, что кроме СССР территориальные претензии к Румынии имели Венгрия и Болгария. Как отмечают Б. И. Желицки и А. И. Пушкаш, Советский Союз поддерживал венгерские претензии и был не прочь поспособствовать началу венгеро-румынской войны в начале июля 1940 г., чтобы тем самым причинить экономические трудности Германии и поссорить ее возможных союзников [16]. Обострение обстановки вокруг Румынии в июне - августе 1940 г., по мнению ряда авторов, вызвало повышенное внимание Германии к этому региону и ускорило принятие Гитлером решения о подготовке войны против СССР [17].
   Д. А. Волкогонов и А. С. Орлов утверждают, что "никому не известно о каком-либо документе, плане, которые бы подтверждали замысел Сталина совершить нападение на Германию в определенный момент" [18]. Между тем такой документ есть, он хорошо знаком обоим авторам и даже недавно опубликован Ю. А. Горьковым [19]. Он известен под названием "Соображения по плану стратегического развертывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками" и представляет собой последний из пяти вариантов этого документа.
   Прежде чем перейти к его анализу, следует кратко остановиться на общем характере советского военного планирования. Первый вариант плана стратегического развертывания вооруженных сил СССР для войны с Германией разрабатывался с октября 1939 г. до конца июля 1940 г. 18 сентября план был представлен правительству, 5 октября был им рассмотрен и после доработки 14 октября 1940 г. утвержден [20]. Однако работа по уточнению плана продолжалась. К 11 марта 1941 г. был подготовлен еще один, а к 15 мая - окончательный вариант, которым и должна была руководствоваться Красная Армия в начале войны. К сожалению, варианты этого плана опубликованы лишь частично (около 40 % текста) [21], что затрудняет комплексный анализ развития замысла действий Красной Армии в случае войны, однако некоторые тенденции отметить можно.
   В первых вариантах основной задачей советских войск являлось "нанесение поражения германским силам, сосредоточивающимся в Восточной Пруссии и в районе Варшавы; вспомогательным ударом нанести поражение группировкам противника в районе Ивангород, Люблин, Грубешов, Томашов, Сандомир". Соответственно войскам, например, Северо-Западного фронта ставилась задача "по сосредоточении атаковать противника с конечной целью совместно с Западным фронтом нанести поражение его группировке в Восточной Пруссии и овладеть последней" [22].
   Однако по мере доработки плана происходила переориентация основных сил Красной Армии на Южную Польшу, "с тем чтобы мощным ударом в направлении Люблин и Краков и далее на Бреслау (Братислав) [23] в первый же этап войны отрезать Германию от Балканских стран, лишить ее важнейших экономических баз и решительно воздействовать на Балканские страны в вопросах участия их в войне", но пока сохранялся и "северный вариант" активных действий в Восточной Пруссии, хотя и с ограниченными целями [24]. Таким образом, даже в первых вариантах плана основное внимание уделялось наступательным действиям со стороны СССР.
   Обращает на себя внимание повторяющееся из документа в документ утверждение, что "документальными данными об оперативных планах вероятных противников... Генеральный штаб Красной Армии не располагает" [25]. И это, по нашему мнению, говорит о том, что поступавшие в Москву накануне войны разведданные о намерениях Германии, о которых столько писалось в последние годы, в значительной мере не принимались во внимание. До сих пор в отечественной историографии не находит решения вопрос, почему Сталин не верил сообщениям своей разведки об угрозе нападения? Как правило, авторы лишь констатируют этот факт или пишут, что Сталин видел в этих сообщениях плод британских провокаций [26]. Версия, предложенная В. Суворовым для объяснения этого вопроса [27], просто отвергается [28], хотя никакой другой не существует. Правда, нельзя не отметить, что автор "Ледокола" толком не объясняет ее происхождения, а поэтому она остается, хотя и правдоподобной, но всего лишь гипотезой.
   Документ от 15 мая 1941 г. является пока единственным полностью опубликованным планом стратегического развертывания действий Красной Армии, который дает общее представление о планах советского военно-политического руководства. Прежде всего обращает на себя внимание тог факт, что разработчики этого документа говорят о возможности нападения Германии на. СССР лишь предположительно [29]. Войскам Красной Армии ставилась задача нанести удар по германской армии, для чего "первой стратегической целью действий войск Красной Армии поставить разгром главных сил немецкой армии, развертываемых южнее линии Брест - Демблин и выход к 30 дню операции на фронт Остроленка, р. Нарев, Лович, Лодзь, Крейцбург, Оппельн, Оломоуц. Последующей стратегической целью иметь наступление из района Катовице в северном или северо-западном направлении разгромить крупные силы центра и северного крыла германского фронта и овладеть территорией бывшей Польши и Восточной Пруссии. Ближайшая задача - разгромить германскую армию восточнее р. Висла и на Краковском направлении, выйти на р. Нарев, Висла и овладеть районом Катовице", для чего планировалось нанесение главного удара силами Юго-Западного фронта и вспомогательного удара левым крылом Западного фронта. На других участках границы планировалось ведение "активной обороны" и подготовка мощных ударов по Румынии "из районов Черновицы и Кишинев с ближайшей целью разгромить сев. крыло Румынской армии и выйти на рубеж р. Молдова, Яссы" [30].
   Казалось бы, что эти планы столь красноречиво свидетельствуют о действительных намерениях руководства СССР, что не нуждаются в комментариях. Однако находятся новые аргументы для того, чтобы не признавать очевидного. Так, А. С. Орлов и Д. А. Волкогонов ссылаются на то, что этот план не был подписан начальником Генштаба Г. К. Жуковым, и не ясно, был ли он доложен Сталину [31]. Действительно, отсутствие подписей военных руководителей объяснить трудно, но Ю. А. Горьков отмечает, что "после 1938 г. все оперативные планы, разработанные Генштабом, не имеют подписей наркома и начальника Генштаба (кроме сентябрьского плана 1940 г., подписанного Тимошенко и Мерецковым)" [32]. Поэтому ничего странного в этом нет.
   Сомнения в том, что Сталин был знаком с этим планом, основываются, вероятно, на том факте, что на нем отсутствует какая-либо его резолюция. Но сведения, сообщаемые А. М. Василевским о порядке рассмотрения подобных документов советским руководством, вносят полную ясность: все указания Сталин давал устно [33]. Ю. А. Горьков указывает, что для обсуждения вышеупомянутого документа 24 мая 1941 г. в Кремле состоялось совещание Сталина и В. М. Молотова с наркомом обороны, начальником Генштаба, командующими войсками, членами военных советов и командующими ВВС западных приграничных округов, на котором уточнялись задачи войск [34].

далее тут:
http://gkaf.narod.ru/kirillov/ref-liter/meltyuhov-94.html



Очевидно, что не полностью рассекреченные документы по событиям мая-июня 1941 года дают искаженное представление о целях и задачах СССР по ближайшему военному противостоянию с Германией
Записан
fpv
Коллежский секретарь
****

Карма: 36
Offline Offline

Сообщений: 341


Награды
« Ответ #13 : 19 Октябрь 2009, 09:53:24 »

Улыбка прикрывать готовящееся наступление
То есть для подтверждения агрессии должен быть документ, где некие части должны по прикрытием уже описанных частей выдвинутся для агрессии.
Записан
Dark_Ambient
Умный котег
Канцлер
**********

Карма: 307
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений: 10372


63525_geniy.gif 72554_kubok2.gif 90027_veteran.gif


Награды
« Ответ #14 : 19 Октябрь 2009, 09:55:55 »

учитывая тот факт, что многие документы еще неопубликованы и не рассекречены, или рассекречены частично, то может быть все что угодно
а насчет "неких частей" не в курсе, и вряд ли найдутся документы, касающиеся четких сроков начала агрессии СССР против Германии
по мнению М.И.Мельтюхова - это середина июля, с его мнением я солидарен
Записан
Страниц: [1] 2   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Powered by SMF 1.1.11 | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC
rss | wap
Valid XHTML 1.0! Valid CSS!